В нашем подъезде, оснащенном тремя видеокамерами (две на улице, одна — на площадке у лифтов), поселился замечательный сосед. Мягко говоря, чудак-мизантроп. Вот уже третий год он в одиночку делает ремонт в своей квартире, подворовывая, как подозревает консьержка, стройматериалы с ближайших новостроек. Во всяком случае, разгружает он их у подъезда и затаскивает на свой этаж под покровом ночи. Пристальный «взгляд» видеокамер, судя по всему, соседа изрядно раздражал. Однажды ночью он взгромоздился на стремянку и свинтил «на фиг» все три «больших глаза».
Консьержка, наблюдая этот процесс из своего окна, — ей, слава Богу, не спалось — вызвала участкового. Участковый поставил в известность вышестоящее начальство. Начальство, что логично, решило просмотреть записи с видеокамер, сигнал с которых поступает на централизованный пункт ГУВД, и впало в ступор...
Выяснилось что две уже свинченные соседом камеры продолжали каким-то чудом передавать благостную картинку нашего спокойного двора (по сути, были просто муляжами), а одна — у лифта — действительно зафиксировала факт хулиганства. Как образно пересказал увиденное участковый, на картинке какой-то вроде бы мужик лезет к камере, потом изображение пропадает. Факт вандализма налицо, но лица виновного по этому мутному блину мама родная не опознает.
Пришлось консьержке давать свидетельские показания. На соседа завели дело. Обязали возместить" ущерб. Сосед напомню, чудак — послал всех далеко и надолго. В общем, в повестке очередного общего собрания нашего ТСЖ было два вопроса. Первый — будем ли мы скидываться на новые глаза для «большого брата». Второй — согласны ли мы оплачивать услуги нашей бдительной консьержки не по 300, а по 500 рублей с квартиры, если она будет визуально наблюдать за ситуацией в подъезде и во дворе не до 20.00, а до 24.00. Догадайтесь, за что проголосовали жильцы, умеющие считать деньги в своих кошельках? Естественно, за «человеческий подход».
При этом, как я подозреваю, наши свинченные камеры до сих пор продолжают посылать куда-то «в центр» сигналы в режиме «все спокойно». Иначе как объяснить, почему с помощью уличных видеокамер, по официальным отчетам ГУВД, раскрывается лишь 0,2% преступлений?
Ответ на этот вопрос буквально на прошлой неделе дал мэр Сергей Собянин, выступая на форуме «Стратегия развития взаимодействия органов государственной власти и общественных организаций в системе профилактики правонарушений в Москве». По словам мэра, «половина из всего видеооборудования, установленного в наших подъездах, фактически не работает, а та, что работает, работает недостаточно эффективно». А потому принято решение в течение ближайших трех лет фактически полностью заменить «глаза» во дворах и подъездах жилых домов. А также установить камеры там, где они еще не установлены. В целом на всю операцию «город под видеоконтролем» предусмотрено выделить из городского бюджета около 6,5 миллиарда рублей.
Неслабая сумма, особенно с учетом того, что примерно столько московский бюджет на установку «больших глаз» уже потратил. Я специально полезла в старые отчеты мэрии. Судя по данным столичного ГУВД, решение оснастить видеокамерами улицы и дворы приняли еще в 1999 году после страшных взрывов жилых домов на улице Гурьянова. За эти годы в подъездах, дворах, на площадях и в общественном транспорте установлено около 80 тысяч камер. В 2003—2006 годах городской бюджет потратил на монтаж и обслуживание видеокамер порядка 500 млн. рублей, а с 2007 года стал выделять более 1 млрд. ежегодно. Получается, что эти деньги, в том числе и мои, законопослушного налогоплательщика, выброшены в пропасть? И даже претензий некому предъявить — экс-мэр, как я подозреваю, на них уже не ответит. Но как бы сделать так, чтобы вновь выделяемые миллиарды не постигла та же печальная для горожан, но такая прибыльная для умельцев осваивать бюджетные средства судьба?
Знакомый — спец в IТ-технологиях — дал бесплатно несколько советов. Будущее видеонаблюдения, говорит он, не за обычными камерами, которые передают картинку на пункт ГУВД, в режиме реального времени; а за «умными» — с чипом, внутри, на котором записаны параметры наблюдения.
Например, в аэропорту «Шереметьево» камера, следящая за самолетами на стоянке, фиксирует идущих людей и обращает внимание на оставленные предметы. В офисе «умная» камера может оповещать о задымлении и возгорании. В Израиле уже давно устанавливают камеры только с видеоаналитикой, которые подают сигнал, когда что-то не так, например, реагируют на крик, шум или драку. А в Москве за жильцами домов наблюдают операторы информационно-технических центров. Вернее, должны наблюдать. Но когда на почти полторы тысячи камер их всего пять-шесть человек — это задача невыполнимая. Фактически они лишь контролируют техническое состояние оборудования — посылают камеры сигнал или нет. А что уж они там показывают — дело десятое. И этим отлично пользуются мошенники.
В прошлом году в Северо-Восточном округе Москвы была раскрыта целая схема, когда фирма, взяв на обслуживание 800 уличных камер, на десятки мониторов тиражировала картинку с одной работающей камеры. Остальные были просто муляжами. Месяц назад, как сообщили СМИ, в отношении гендиректора этой «умной» фирмы вступил в силу приговор: 4,5 года заключения, штраф и возвращение в горбюджет 16 млн. рублей. Кстати, в ходе расследования обвиняемый рассказал, что за подобное «обслуживание видеокамер» он отдавал приличные откаты как экс — чиновникам мэрии, устраивавшим конкурс, так и высокопоставленному экс — сотруднику московского ГУВД.
Подозреваю, впрочем, что остальные средства «осваивались» еще примитивнее. Просто на выделенные из бюджета деньги закупались не самые лучшие, а самые дешевые камеры, вроде тех, на которых лицо моего хулиганистого соседа было похоже на мутный блин. В общем, проводя тендеры на закупку новых «больших глаз», стоит в условиях конкурса как минимум, указывать достаточно высокое разрешение видеооборудования и качественный регулятор записи картинки.
А вот еще одна новость из столичного департамента информационных технологий, в котором, судя по всему, серьезно подошли к программе «Безопасный город», меня даже немного напугала. Чиновники сообщили, что разрабатывают регламент, позволяющий москвичам получать картинку с камер видеонаблюдения, установленных во дворах, в подъездах и в лифтах, прямо на экран домашнего телевизора. Сидишь, понимаешь, на диване и смотришь сериал «из жизни соседей» в режиме реального времени: кто к кому пришел, кто с кем ушел, кто с кем в лифте целуется, кто чего из магазина вкусного принес, а кто опять машину поменял. Сегодня этим сериалом только бдительные пенсионерки на лавочках увлекаются, а с помощью новых технологий сможет буквально каждый.
Хотя, ей-богу, не пойму, зачем государство пытается решать абсолютно частные проблемы социума. Если жильцы конкретного дома, подъезда или лестничной площадки захотят установить видеокамеру, в том числе с записывающим устройством, они это легко сделают — выбор подобного оборудования на рынке огромен. А если не захотят, то зачем им его регламентировать?
Одно дело — видеозапись, передающая обстановку во дворе на пункт милиции, и совсем другое — картинка из лифта, которую смогут наблюдать и обсуждать соседи по дому. Такими темпами государство скоро и в квартиры к нам заглянет — вдруг мы там детей ремнем воспитываем, или тещу угнетаем, или используем ванну для выращивания шампиньонов на продажу, а налогов не платим... За нами ведь, неразумными, глаз да глаз нужен.
Чтобы «большой глаз» из полезной для общественной безопасности технологии не превратился в оруэлловского «большого брата», использовать его надо крайне осторожно. В Лондоне, к примеру, после протестов горожан уличные видеокамеры, которых там более 4 миллионов, самостоятельно закрывают серыми квадратами окна домов. Если оператор вдруг захочет приблизить изображение и за кем-нибудь подсмотреть, у него это не получится — стоп, нельзя. Личное пространство. Охраняется государством.
Газета «Московская перспектива», 25 – 31 октября
Печатается с сокращениями
Источник: www.psj.ru
